1. Заголовок
171. Новые формы экуменизма для поддержания и развития позитивных отношений между сербами и этническими венграми в муниципалитете Ада, Воеводина, Федеративная Республика Югославия, во время войны в Хорватии (1991) и Боснии и Герцеговине (1992).

Kлючевые слова

w

Разрешение конфликта

w

Взаимодействие

w

Распространение информации

w

Сосуществование

w

Межэтнические отношения


2. Информация об авторе:
2.1 Имя
Тибор Тайти

2.2 Место работы и контактная информация:
Центрально-европейский университет - Будапешт
Отделение юридических исследований
ул. 6 октября, 12. 7 этаж. К. 1051. Будапешт, Венгрия

Fax: 36 1 327 3198
E-mail: ttajti@excite.com or lphtat01@phd.ceu.hu

2.3 Дата создания записи
25/09/2000

3. Информационный лист
3.1 «Хорошая практика» на местном уровне
По инициативе местного правительства и усилиями священнослужителей сербской православной общины и католической общины этнических венгров межэтнические отношения в муниципалитете в тяжелейшие дни войны в Хорватии, Боснии и Герцеговине поддерживались через инновационные формы регулярного экуменического сотрудничества в течение около двух лет. Наиболее важной в новой практике стала серия экуменических месс, первая из которых была организована в городском зале, а затем каждый четверг поочередно католики (этнические венгры) приходили на службу в православный храм, а на следующей неделе, наоборот, сербская православная община присутствовала на службе в костеле. Проводились и неформальные встречи (например, распределение гуманитарной помощи). Эта практика, безусловно, стала важным фактором в предотвращении массовых жестокостей в муниципалитете с населением в 25,000 человек в течение всей войны.

3.2 Место действия:
К сожалению, хорошую практику не удалось распространить за пределы муниципалитета Ада, расположенного в северной провинции Сербии - Воеводине. Более 70% населения города - этнические венгры, большинство остальных составляют сербы. Ада - крупнейший среди шести населенных пунктов одноименного муниципалитета (по-турецки - "Остров"). Муниципалитет - самая маленькая административная единица, таким образом, в Сербии это действительно местное правительство. Традиционные органы муниципальной власти - парламент, кабинет министров и мэрия. Со времени первых многопартийных выборов в 1990 г. вплоть до 1996 г. большинство мест в парламенте Ады и в правительстве, а также должность мэра были заняты Демократическим Союзом венгров Воеводины.

3.3 Меньшинства – Целевые группы
Меньшинство: этнические венгры.
Целевые группы: община этнических венгров муниципалитета Ада, ФР Югославия, в первую очередь, но не исключительно - практикующие католики из числа этой группы. (страх перед войной побудил организаторов и участников программы облечь ее в форму нетрадиционных религиозных событий, так что значительное число атеистов было также вовлечены в эти мероприятия.

3.4 Главные действующие лиц

w

Местное правительство

w

Местные лидеры

w

Местные религиозные общины, особенно их лидеры


3.5 Средства, ассигнованные местными властями и (или) другими участниками
Скромная бюджетная поддержка была предоставлена местным правительством, в основном это были средства, необходимые на проведение мессы вне церковных зданий. Точная сумма финансовой поддержки неизвестна. Мессы (как в церквях, так и вне их), собрания, распределение гуманитарной помощи, и т.д. могли финансироваться по статье текущих расходов как местным правительством, так и церквями.

3.6 Временные рамки
Инициатива была предложена, официально провозглашена и реализована в период с осени 1991 до осени 1992 г.. Не удалось установить точные даты начала и окончания действия программы. Известно только, что она началась вскоре после начала войны в Хорватии и продолжалась до завершения войны в Боснии (но не до Дейтонского соглашения)

3.7 Соотношение «хорошей практики» на местном уровне с национальной этнической политикой
Это была полностью местная инициатива, поддержанная и инициированная политической партией этнических венгров, имевшей большинство в органах власти муниципалитета. Проект критиковала Сербская социалистическая партия, другие неофициальные сербские группы и отдельные лица (надо принять во внимание, что значительная часть сербского населения поддерживала войну Милошевича за "Великую Сербию" с самого начала балканских войн.

4. Описание «Хорошей практики»
Хотя прямые военные действия на территории муниципалитета Ада в течение последнего десятилетия балканских войн не велись, растущий сербский шовинизм и косвенное воздействие войны серьезно осложняли мирное сосуществование этнических венгров и сербов в городе. Многие сербы, ослепленные милошевичской пропагандистской машиной (или разделяющие взгляды, лежащие в основе его политики), рассказами о "богоизбранности" сербского народа и hate-speech, не были готовы воспринять антивоенные настроения этнических венгров, которые имели возможность получать информацию о том, что происходит в Хорватии и позже в Боснии и Герцеговине, в том числе из венгерских СМИ. Насильственная мобилизация (охота на мужчин призывного возраста) и опасения части венгерского населения, что они могут стать следующей мишенью насилия (некоторые политики в сербском парламенте открыто предлагали выселить всех венгров в Венгрию; более умеренные были даже готовы выплатить единовременное пособие каждой венгерской семье в качестве компенсации за имущество, которое пришлось бы оставить) привели к мощной антивоенной демонстрации в Аде осенью 1991 г., которая была жестоко разогнана полицией и вооруженными силами при отсутствии быстрого международного вмешательства. Скоро стали появляться сообщения о проявлениях жестокости в отношении несербского и нечерногорского населения в самой Сербии. В такой атмосфере было чрезвычайно важно как-то сохранить относительную стабильность в межэтнических отношениях, особенно потому, что институты и формы межэтнических отношений были извращены поджигателями войны. Венгры с ужасом ожидали, что их соседи-сербы внезапно начнут писать на стенах домов что-то вроде "Венгры - вон из Сербии" или "Сербия простирается до Будапешта".

При таких обстоятельствах местное правительство провозгласило идею новых форм экуменизма. Она включала несколько совершенно новых ранее неслыханных практик и, к сожалению, не нашла последователей в других районах Сербии. Наиболее важной новацией стала серия регулярных экуменических месс, продолжавшаяся до тех пор, пока война в Боснии не утихла (война в Хорватии прекратилась раньше), т.е. почти целых два года. Каждый четверг проводилась совместная месса, один раз в православной сербской церкви, на следующий раз - в католическом венгерском костеле. Два священника вместе служили на церемонии каждый на своем или на другом языке (в зависимости от характера данной части церемонии) Большинство присутствующих видело службу и (или) храм другой конфессии впервые в жизни. Поскольку большинство истинно верующих принадлежат к старшему поколению (многие из них пережили ужасы Второй мировой войны, когда две нации были врагами) и не говорят ни слова на языке другой этнической группы, эта практика представлял собой, действительно, нечто абсолютно новое. Нужно добавить, что среди части сербского населения также были распространены опасения потенциального насилия в отношении них со стороны венгров (поскольку сербы являются меньшинством в Аде и на большей части северной Воеводины), особенно благодаря антивенгерской пропаганде, бывшей ежедневной темой сербских СМИ на протяжении нескольких лет. Объектом сербских hate-speech были прежде всего словенцы, затем хорваты и боснийцы-мусульмане, албанцы и, в меньшей степени, венгры, злобные выпады в отношении которых были обычным делом при режиме Милошевича. Участниками экуменического проекта стали те люди, которые имели наименьшие контакты с противоположной группой, и потому были наиболее восприимчивы к националистическому влиянию. Важность этого фактора значительно возросла благодаря той значительной роли, которую церковь вновь приобрела непосредственно перед началом балканских войн вследствие краха коммунистической идеологии. Проще говоря, в то время религия стала, может быть, одним из наиболее важных факторов в жизни людей. В отличие от многих священников сербской православной церкви, открыто выступавших в поддержку войны, глава сербской православной церкви в Аде занял противоположную позицию и присоединился к инициативе.

Вторым важным аспектом стала инновационная практика проведения экуменических месс в городском зале Ады, чтобы расширить число участников за счет тех (в основном атеистов), кто по тем или иным причинам отказывался идти в церковь. Первое экуменическое собрание, действительно, состоялось именно там. Предполагалось, что нейтральное место действия сможет убедить обе религиозные общины в том, что можно пренебречь различиями между ними и продолжить начатое дело во благо обеих общин. Официальная сторона сотрудничества дополнялась новыми формами неформальных контактов, как совместное распределение гуманитарной помощи, что было также из ряда вон выходящим событием, особенно в то время. Из всего вышесказанного видно, что рассматриваемая практика была не разовым случайным событием, a важным фактором, позволившим избежать массовых проявлений насилия в Аде, в отличие от других мест, населенных не сербами и не черногорцами. Лидеры двух религиозных общин с тех пор являются почетными гостями на важных мероприятиях другой общины. Экуменическое сотрудничество было фактически возобновлено во время НАТОвских бомбардировок в 1999 г.


Несомненно, в связи с данной практикой заслуживают похвалы и уважения изобретательность и смелость лидеров местного правительства и глав обеих религиозных общин. Однако такая деятельность могла бы быть продолжена не только в военное, но и в мирное время, чтобы предотвратить возможные конфликты. Она тем более важна потому, что целевые группы принадлежат к таким слоям общества, которые (по крайней мере, в Аде, но я уверен, что и в других частях Сербии) обычно не становятся объектом внимания местных органов власти или НПО. Как показала практика, не менее существенным оказался косвенный эффект от акции. Очень важным было распространение прямой информации и личных впечатлений о другой общине. Положительные результаты акции, основная часть которой продолжалась почти два года, сказываются в повседневной жизни. Следующий эпизод может проиллюстрировать это. Эта история была рассказана мне близким другом-сербом. В рамках сотрудничества различные виды гуманитарной помощи распределялись двумя религиозными общинами. Однажды католики (венгры) получили медикаменты общего назначения, часть которых была сразу передана в православную общину. Однако в процессе распределения произошел неприятный инцидент: пожилая женщина начала кричать и ругаться, пытаясь убедить людей не принимать никакие лекарства, поскольку, как она утверждала, венгры дали эти медикаменты, чтобы отравить сербов. В обычное время никто не обратил бы внимание на эти нелепые обвинения, но в эпоху злобных кампаний ненависти они могли бы иметь серьезные последствия, если бы сама сербская община быстро и решительно не вмешалась. Надо добавить, что полиция в Сербии была и остается главной опорой режима Милошевича. Поэтому ряды полиции были очищены от тех, кто не был бездумно - может быть, правильнее сказать - слепо - лоялен главе государства и сербскому национализму. Соответственно, такие полицейские силы с готовностью преследовали уклоняющихся от призыва венгров, но с меньшим желанием выполняли свои обычные обязанности, если преступником оказывался серб. Другими словами, полиция вряд ли вмешалась бы в описанную выше ситуацию.

Суммируя сказанное, можно сказать, что изобретательность и смелость чиновников местного правительства и глав местных церквей создали уникальную практику, которая при минимальных затратах на ее осуществление внесла заметный вклад в поддержание мирных межэтнических отношений между верующими, принадлежащими к различным этническим группам. Серия месс, проведенных взаимообразно в церквях двух деноминаций, мессы в городском зале, распределение гуманитарной помощи и поддержание тесных контактов с противоположной общиной - как на официальном, так и на неофициальном уровнях - стали, несомненно, специфическим механизмом разрешения конфликтов, уникальным в том отношении, что он адресован непосредственно религиозным и этническим группам сербов и этнических венгров. Традиционные техники разрешения конфликтов не пытаются найти подход к межэтническим проблемам с религиозной или квази-религиозной точки зрения, хотя, как показали балканские войны, религия сыграла заметную роль в неблагоприятном развитии событий в регионе. Описанная практика уникальна еще и потому, что представляет собой пример плодотворного сотрудничества религиозных и светских социальных институтов, требующего минимальных финансовых вложений. Несмотря на то, что практика достаточно широко освещалась в СМИ (в основном на венгерском языке), насколько мне известно, она не нашла последователей где-либо еще.